Конспект некоторых фрагментов прямого эфира

8 июля 2026 · 42 мин

Ольга Розет × Наталья Логинова

Тезис.

В 20-е «пересобрали» не только жильё, но и то, что сегодня зовуттретьими местами — не дом, не работа, а досуг, в том числеполезный.Комфортная и красивая среда принадлежит всем vs дворец и людская.

Модулёр Корбюзье (сороковые) — явный след этого обещания.Прежде его травили; сегодня его работа среди оснований ГОСТов.

Так проектируют не «спальню» и не «кухню»,а соответствие действия человеку:сколько места — телу,какой высоты — мебель,где — гигиена.Среду приспосабливают к поведению организма.

Идея и реализация — разное

Эти идеи рождались ещё в XIX веке.Но именно к концу двадцатых их построили.Думаю, чтение конспектов вроде этого может принести пользу;при этомходить-видеть-трогать материюможет быть ценным само по себеи значительно —в период заметной роли цифровой технологии в повседневном.Дизайн-Путешествие —к точкам всегда своеобразных реализацийв т.ч. прежних идейв т.н. реальности.

Корбюзье и Аалто

Смотрим обоих: вилла La Roche (1923) и Molitor — дом, которыйКорбюзье строил с братом Пьером Жаннере и где спроектировалквартиру себе. Там же — та самая провокация со спальнейна высоких ногах.

Интересен поиск каждого:Оба искали современное, удобное, без излишеств.Аалто добавил в модернизм географическую точку: Финляндию,дерево, ламели, свет озёр и растений. Национальный романтизм.Корбюзье — «дом есть машина для жилья», акцент на эргономику.Аалто находил баланс между модернизмом и человечностью.

У кого хочется пожить?Мой ответ — парадокс:Жить хотела бы у Аалто,а свой дом мы перестраивали по Корбюзье:он отвечал задачам семьи.

Зачем ехать, если есть слайды

Архитектуру нужно проживать телом. Тело — большой организм,в нём множество сенсорных элементов; фотография или другаярепрезентация сужает канал восприятия.

По слайдам, референсам, конспектам мы берём процентовпятнадцать. Много — и катастрофически мало.

Поэтому: расставьте руки, померьте стену. Сядьте в креслоКорбюзье — оно спроектировано по пропорциям человека, он тянулмодулёр к золотому сечению, за это его и били. Потрогайтематериал. Подышите объёмом помещения. Запах — для Парижаотдельная история.

И, поскольку про это теперь спрашивают: пока мы не сплошныеаватары, мы умеем чувствовать.

У теории и репрезентаций может быть важное место.При этом, если вы не подключены к чему-то вроде «Матрицы»,теория и репрезентация не избавляет от практики,а практика иногда избавляет от теории.

Что обещает дизайн сейчас

Не знаю:большое видится на расстоянии.

Мы в точке сборки. XX век громко сказал «наш новый мирпостроим»; утопия разбилась и перерабатывается. Сегодня мыне так резки: собираем то, что было до двадцатого века и в нём,и имеет смысл достаточно скрупулёзно разобраться,что из наработанного отвечает потребностям.

Почему всё‑таки Париж

Не потому что красив.

РемеслоОно копилось не пять лет и не пятьдесят, а столетия:шёлк Лиона стал точкой на карте мануфактуры такого уровня,что всё шло в Париж.

Связка старого-новогоМодернизм врос в исторический контекст так органично,что его можно не заметить.

Отношение к вещи.За четыре года жизни здесь и два года работы гидомНаталья сообщает:за брендами — не гонятся,«жизнь» предмета — длят,современное легко смешивают с историческим,вещь с историей — ценят.Об этом же — выставка в Музее декоративного искусства.

Сентябрь, практическое